<p><strong>В год 90-летия Андрея Тарковского Выборг отдает дань наследию великого режиссера.</strong></p>

<p>Творчество Андрея Тарковского, несмотря на устоявшиеся представления о сложности или элитарности, предстает перед нами, зрителями XXI века, разнообразным и многоукладным. Уже после съемок дипломной работы &laquo;Каток и скрипка&raquo; (1960) режиссер ходил в подающих надежды и заслужил возможность снять полнометражный дебют&nbsp;&laquo;Иваново детство&raquo; (1962). Картина манифестирует Тарковского как художника со своим особым стилем. Философ Жан-Поль Сартр в защиту фильма, который на Западе обвинили в мелкобуржуазности, отметил гуманистическое начало, которое вложил в произведение автор, его способность показать надежду на светлое и вечное в момент, когда мир раздираем катастрофой.</p>

<p><em><strong>Подобную интонацию режиссер перенес и в свою следующую работу&nbsp;&mdash;&nbsp;&laquo;Андрей Рублёв&raquo; (1966).&nbsp;Средневековая Русь как мрачное и неприветливое место, которое гармонизировать способен лишь художник-иконописец. Визуальный знак фестиваля отсылает к концовке первой серии картины и главы &laquo;Страшный суд&raquo;. Православный храм, высокий и светлый. Цифра 30, отражающая возраст фестиваля в Выборге, парит над героями, временем и пространством, создавая ощущение вечности и веры в лучшее.</strong></em></p>

<p>Производство &laquo;Андрея Рублёва&raquo; стало для Тарковского первым большим испытанием: долгое время картина лежала на полке, а ее автор зарабатывал деньги написанием сценариев для других режиссеров. &laquo;Солярис&raquo; (1972) запустил новый этап в творчестве Тарковского, обнажая саморефлексию режиссера. Картина, рассказывающая о далекой планете, является поводом поразмышлять о нашей, ставит вопрос о взаимоотношениях самого режиссера с окружающей его реальностью &ndash; именно в начале 1970-х он начал&nbsp;вести личный дневник &laquo;Мартиролог&raquo;.</p>

<p>&laquo;Зеркало&raquo; (1974) развивает эту тему и задает новую планку исповедальности. Используя авангардную форму, где части не следуют единому связанному нарративу, Тарковский будто предстает перед зрителем обнаженным. Та степень искренности авторского высказывания при новации формы является мерилом для кинематографистов и сейчас. Фестиваль &laquo;Окно в Европу&raquo; поощряет смелость и искренность авторов, обладающих собственным уникальным видением. После &laquo;Зеркала&raquo; Тарковский предстает перед зрителем профетическим художником, последние три художественных фильма автора посвящены апокалипсису, в том или ином виде. Личный апокалипсис режиссера наступил в декабре 1986 года &ndash; трагическая смерть в Париже, вдали от родины.</p>

<p>Для &laquo;Окна в Европу&raquo; важны преемственность и обращение к истории кино в своей визуальной репрезентации. Это отмечает и президент кинофестиваля <strong>Армен&nbsp;Медведев</strong>:</p>

<blockquote>
<p>&laquo;Осталось мало людей, которые работали с Тарковским, но сам факт обращения вызывает интерес у зрителя. И мы верны его идеям, идеям фигуры постоянной и великой&raquo;.</p>
</blockquote>

<p>Связующим звеном между нынешним и прошлогодним фестивалями может служить фигура Юрия Никулина. Артист, сыгравший роль монаха Патрикея в &laquo;Андрее Рублёве&raquo;, был символом киносмотра в год собственного 100-летия, а на закрытии была показана картина &laquo;Двадцать дней без войны&raquo;, где Никулин сыграл роль фронтового журналиста Лопатина.</p>